Учебные истории

роботов, и многое другое.

В городе Нью Йорк есть школа Стайвесон. В школу Стайвесон принимают на основании экзаменов и собеседований. В школе Стайвесон есть специально оборудованный стеклянный корпус, набитый лабораториями и мастерскими, в которых есть всё, то есть, вообще всё. Если вы хотите собрать орбитальную станцию, то именно в школе Стайвесон вы найдёте всё необходимое оборудование. В этих лабораториях есть переманенные из Силиконовой долины учителя, которые посвящают всё своё время для подготовки команды для городской олимпиады. Ученики школы Стайвесон всегда занимают первое место в городской олимпиаде по науке и технике.

Ещё в городе Нью Йорк, на самой его окраине, есть школа с оригинальным названием 153. В этой школе есть подвал, в самом конце которого есть небольшая мастерская ,набитая ржавыми пилами, стёртой наждачной бумагой и прочим хламом. В этом подвале есть я, не совсем двуязычный сын не совсем русских родителей. Ещё там есть Крис -- сын корейских иммигрантов которые дали ему "хорошее английское имя" и Доркас, которой корейские родители тоже хотели дать "хорошее английское имя" но у них это не совсем получилось. Мы и есть олимпийская команда школы 153. Конечно, есть и другие члены команды, тоже дети корейских иммигрантов, но к этому рассказу они имеют только косвенное отношение. Есть и мистер Браун, учитель физики, на которого администрация школы навесила нашу олимпийскую команду. Он зевает, нервно отхлёбывает из фляжки, и ровно в 5 выгоняет нас всех из мастерской, потому что ему домой пора.

К последней олимпиаде мы с Крисом готовили самолёт. Вернее, не самолёт, а планер. Какой мы сконструировали планер! Мы выпилили его из тонкой фанеры, и он должен был продержаться в воздухе дольше всех других планеров и ,главное , дольше планера школы Стайвесон. Главным в этом планере были крылья. Крис вытачивал их на протяжении трёх месяцев. Последние две недели он шлифовал эти крылья тончайшей наждачной бумагой. Они весили одинаково с точностью до миллиграмма. В сечении эти крылья имели форму плавной дуги которая должна была придать подъёмную силу нашему самолёту.

За неделю до соревнований мы стали проводить испытания. Наш планер красиво парил в воздухе, но, в зависимости от угла запуска, мог продержаться в воздухе от 30 секунд до нескольких минут. Поэтому Крис запускал его снова и снова, пытаясь подобрать идеальный угол запуска. За три дня до олимпиады случилась катастрофа. Крис попробовал особо острый угол атаки , и планер, неуклюже нырнув, врезался в пол и распался на куски; крыло дало трещину.

На Криса было страшно смотреть. Впервые в жизни я увидел, как меняется лицо человека, у которого всё рухнуло. Склеить было нельзя- перевес дал бы крен. Заменить? У нас была ещё одна заготовка планера, совсем необработанная и другого размера, а до соревнования оставалось три дня. "Это соревнование вы просрали, " резюмировал мистер Браун, -"не майтесь дурью, помогите лучше ребятам с антигравитационной машиной, " и нервно отхлебнул из фляжки.

Крис ,конечно, помочь никому и ни с чем не мог. Он сидел , сгорбившись , на табуретке и тупо смотрел перед собой. У него тряслись руки. Я поискал глазами Доркас и обнаружил её в самом конце мастерской, склонённой над нашей второй заготовкой. Она упрямо шлифовала крыло. Я не буду описывать, как мы доделывали второй планер за два с половиной дня, как вышел из ступора Крис и присоединился к нам с Доркас, как мы провели мистера Брауна и остались в мастерской на ночь. К субботе у нас был новый планер. С крыльями , примотанными липкой лентой, ему было далеко до нашего предыдущего красавца, и на первое место рассчитывать не приходилось, но он летал.

По дороге на соревнования я понял, что Крис всё-таки надеется войти в верхнюю десятку с нашим планером. Мне это казалось безумием, ведь соревнуются сотни школ, но мечтать не запретишь. На соревновании у нас было три попытки, и результат усредняли. Наш не совсем эстетичный планер парил весьма не плохо. В конце соревнования объявляли результаты, зачитывая имена учеников и названия школ, вошедших в верхнюю десятку , начиная с конца: 10, 9, 8, 7... Когда дошли до пятого места, Крис совсем сник, в верхнюю пятёрку наш планер никак не мог попасть. Когда объявили "второе место: Стайвесон, " Крис уже направлялся к дверям. Когда объявили "первое место: Крис Ли, 153я школа" , Крис взмыл не хуже своего самолёта.

вечером, в дальнем крыле основного корпуса. Бауманка к вечеру пустела и во многих длинных коридорах в целях экономии выключали свет. Высокие потолки, мрачные стены - прямо "Хогвардс".

Однажды, заходя в алма матер, прочитали вывешенный некролог с фотографией Виляевской. Ну да, жалко "бабушку", но всё же возраст. А кто же теперь будет у нас термех преподавать?

Вечером того же дня вся группа ожидала в дальней аудитории нового преподавателя.

Света в примыкающем коридоре не было, а за окном ветер качал огромные деревья, которые отбрасывали корявые тени. Дверь в аудиторию была открыта. Вдруг в коридоре послышались шаркающие старческие шаги. Студенты оживились, побежали шутки о среднем возрасте предподавательского состава кафедры термеха, сравнения с генсеками и даже шутки о привидении Виляевской. Шаги неумолимо приближались и всё более походили на те, что мы привыкли слышать. Воцарилась натянутая тишина.

... из тёмного проёма в открытую дверь аудитории, кутаясь в шаль, вошла ... Виляевская!

Некоторые в предобморочном - большинство в шоке. Ведь некролог с фотографией все читали. Виляевская обвела взглядом нащи растерянные лица:

- Моя сестра-близнец умерла, тоже у нас на кафедре работала.

стирает приятные воспоминания "несчастной" студенческой жизни. Одно из таких воспоминаний случилось на 1 курсе. Посчастливилось загреметь нам при расселении в общежитие в "аквариум" на 5 (последнем) этаже - стена такой комнаты была сделана из стеклянных блоков, и проходя по коридору было видно чем занимаются проживающие "рыбки". Площадь такой комнаты по меркам коменданта была велика и селили туда по 6-7 человек. Таким образом, поселилось нас 6 человек. Отношения сразу завязались дружеские, все с чувством юмора, отличные ребята. Жили день за днем, от подкола до подкола. И настало 1 апреля. Вы что, такой великий раздник, надо что-то предпринять! Весь дежурный набор розыгрышей был давно израсходован по простым дням, и тут требовалось что-то ужасно-великолепное. Благо под рукой тогда был интернет и свободное время я посвятил поискам той великой шутки. Оказалось, что интернет не блещет (или по крайней мере не блистал) обилием знаний по этой тематике. Тем не менее, я нашел одну запись, рассказывающую, что надо под простынёй постелить змейкой нитку. И когда человек уляжется спать, эту нитку следует вытянуть. Якобы возникает ощущение, что под тобой ползают тараканы. Ну мы обсудили эту шутку в узком кругу и за неимением другого стали реализовывать план.

Выбрали жертву - ей оказался Александр, или просто Санек, человек с хорошим чувством юмора и постоянный объект наших розыгрышей. Один человек тактично уводит его покурить, еще двое скептически смотрят на наши приготовления, ну а мы втроем делаем все по рецепту: поднимаем простыню, раскладываем змейкой нитку, конец выводим к моей кровати, накрываем все аккуратно простыней, а затем покрывалом, т. е придаем первозданный вид. Следует отметить, что кровати у нас были тогда уже двухярусные, с хорошими матрасами, за что отдельное спасибо руководству университета. Я и Санек спали на вторых ярусах соседних кроватей. Ну так вот, наступает час Х, ложимся спать. Вопреки обычаям, легли все вместе, постольку все хотят быть участниками и наблюдателями розыгрыша. Вечерние беседы окончились, кто то как обычно сказал "все, харэ пиз... ть, спать пора" и наступила тишина. Ожидание возникшее в нашей комнате можно было потрогать руками, так ощутимо оно казалось. Я решил пора, и начал тянуть нитку. До тех пор я не знал, что человек может со второй полки из горизонтального положения спрыгивать вниз по параболической траектории, в воздухе переворачиваясь в стоячее положение. Тем не менее я увидел это своими глазами - Саня выпрыгивает из кровати, кажись задевая потолок, и в потемках бежит к выключателю. Мы впятером ржем как кони, наш смех был слышен наверное на пару этажей вниз. Я впопыхах вытягиваю остатки нити, чтоб не быть замеченным. Включив свет, наш герой подбегает к постели и встает как вкопанный. Кое как успокоившись мы спрашиваем - что такое случилось? Ответ: "Да хрень какая-то подо мной ползала. Тараканы или клопы, хрен знает". Нас пробирает еще больший смех - ВОТ ОНО! ШУТКА УДАЛАСЬ!!! Не врал товарищ с Интернета! Санек в состоянии шока и страха одновременно поднимает простыню, все осматривает, и убедившись, что ничего нет, укладывается спать. Как вы понимаете, сон отложился как минимум на час. Вроде бы все, 1 апреля удалось.

Но на следующий день было решено продолжить эксперимент. Все повторяется: "пойдем покурим?", покрывало, подушка, простыня, нитка, простыня, подушка, покрывало, сидим ждем. Повторного кульбита к сожалению не повторилось - он просто встал и тихонько пошел к выключателю, а включив свет постоял у своей кровати, даже не разбирая.

Тем не менее под разговоры выяснилось, что опять, гады, ползут куда-то.

И почему-то опять маршрут пролегает через его кровать. Остатки вечера прошли в обсуждении столь странного явления (ага, странного))) и его причинах. Было высказано мнение, что Александер просто напросто выкурил слишком много сигарет за свою непродолжительную жизнь. Я подхватываю:

- Ага, читал где-то, что курение вызывает омертвление кожи и нервных окончаний. А мозг продолжает посылать сигналы им, но в ответ приходят лишь обрывки информации, которые мозг сам дополняет и вызывает такие неприятные ощущения.

Помолчав, наш герой изрек:

- Все, бросаю курить!

Вы не поверите, он не курил целую неделю! Я было запаниковал, как сейчас нитку-то будем раскладывать?! Как оказалось напрасно, он за компанию ходил в торец коридора, подышать дымом. Поэтому подготовительная фаза не пострадала.

На шестой день нас озарило вдохновение - а что если пустить не 1 нитку, а сразу 3? Сказано - сделано.

Только мы не предусмотрели возможность спутывания ниток и положили одна на другую. В итоге нитки смотались в один комок и под Саньком пополз не таракан, а ТАРАКАНИЩЕ, по тактильным ощущениям размером с тапок. Повторился номер "вылетание человека из кровати" и марш бросок до выключателя. И тут случилась беда - нитки спутались, образовали комок, а концы у разных людей, и все тянут! Я понимаю плачевность ситуации и отпускаю свой конец. И прямо перед глазами Сани комок начинает двигаться! Он как заорет:

- Смотрите! Смотрите! Ползет!!!

Мы подошли и смотрим. Он тычет пальцем в какой-то бугорок, который замер посреди покрывала. Стоим так около половины минуты. Он подносит палец к этому комку, дотрагивается пальцем до него и в этот момент один из соучастников тянет нитку. Вы бы видели как он ломанулся от своей кровати за веником... Мы просто катались по полу... С веником в руках он срывает простыню, и ищет своего обидчика.

Непонимающим взглядом смотрит на матрас и поднимает с него нитки.

"Ну все, сорвалась операция" - пронеслось у меня голове, но Сашка поднимает нитки у себя перед глазами, рассматривает их, и выкидывает с фразой

- Нитки какие-то... Понаделают китайцы

При том, что нитки были черные, а матрас абсолютно белый! Осмотрев матрас, положив веник на место, ложится обратно спать, уже уверенный, что это не из-за курения, и что бросал он зря.

Далее было еще куча всяких бредовых идей, которые он воспринимал с серьезностью, а мы ему подыгрывали и играли свои роли. Переворачивали матрас, так как клопы и тараканы живут только с одной его стороны (ппц, что за бред?! ))) Менялись матрасами, так как его вес мог вывести из строя пружины, которые и начинают себя вести по-свински. Он перешел на трехразовое питание, потому что могли сбиться его биоритмы (до этого мы питались один раз в день, потому что на такую ораву 5 литров супа уходило за раз, а готовить приходилось самим). И еще куча всего, что сейчас уже не вспомнишь...

Апогеем всей истории стала его ставшая в последствии коронной фраза:

- О! О! Поползли...

После которой мы опять ржали как табун коней. В середине третьей недели события замерли и перестали развиваться. Поэтому было решено раскрыть весь секрет объекту розыгрыша. Предварительно подготовили 2 мобильных телефона для видео-записи. Дождались пока он ляжет, немного закимарит. Переглянулись и пошли его "радовать".

- Саааааашкаааааа! Это программа розыгрыыыыш!!! 2 недели, 2 недели мозгое...тва!

И еще какие-то слова. Надо видео пересмотреть, до сих пор где-то хранится. На что он ответил:

- Отвалите! Дайте поспать нормально! Они сегодня впервые не ползают...

но изолента держит пока, да и старый друг, лучше новых…

А во времена моей студенческой молодости, когда у меня не было ни денег на своего личного мужчину, ни места где его держать, пришлось подкатить к своему однокурснику, худенькому фотографу Любомиру. Любчик был повернутым на своих длинных фотообъективах и абсолютно не интересовался спортом. Так что мне стоило больших трудов, убедить его выкраивать каждый день по часу, чтобы регулярно получать по голове…

Одним словом – Любчик был для меня живым боксерским мешком и всякий раз, когда он пропускал серьезный удар, сбрасывал на пол перчатки, охал и ахал и мне стоило титанических усилий, чтобы остановить его, пытаясь объяснить, мол - тяжело в учении – легко в очаге поражения, пуля – дура, а ты, Любчик – молодец…

Он никогда в детстве не дрался, только получал и теперь, в институте, от занятий боксом, тем более не видел никакого проку. В школе Любчика били хотя бы не каждый день, а тут на его жизненном пути появляюсь я и долбашу его ежедневно, да еще и по взаимному согласию.

Мне на первом курсе, в чужом городе, тоже некогда было ездить по каким-то тренировкам, вот и приходилось выплескивать все свое красноречие, чтобы убеждать Любомира, что у него уже гораздо лучше получается, а иной раз даже нарочно под удар подставлялся, чтобы у человека появился стимул и вкус победы.

Девушка Любчика оказалась не дурой, она очень быстро меня раскусила и слезно просила оставить его в покое с моим дурацким боксом. Ей, мол, не нужен парень с болезнью Паркинсона.

Итак, мой еле-живой мешок медленно, но неотвратимо ускользал от меня.

Но вот, после зимних каникул мы съехались обратно в общагу, я обнялся с Любчиком, к нам подошла его строгая девушка и вдруг нежно поцеловала меня в щеку, растерла пальцем помаду и сказала сакраментальную фразу:

- Прости меня, дуру и спасибо тебе за сладостные секунды…

Я испуганно глянул на Любчика, но он только краснел и отводил веселые глаза, стараясь не расплыться в улыбке.

Мне пришлось сделать дурацкую гримасу, мол, я не в курсе ваших дел – это все ее какие-то шуточки…

Когда мы остались одни, Любчик наконец объяснил мне что к чему. Оказалось, что на каникулах он свозил девушку в свой Кривой Рог, знакомить с мамой.

Во второй же вечер они ехали в полупустом трамвае, а трамвай в Кривом Роге, оказывается – тот еще аттракцион. Длина маршрута - километров пятьдесят и он пересекает множество враждующих государств со своими бандами и обычаями. Мало кто может рискнуть проехаться из конца в конец через весь город на трамвае, все время переходящем от «белых» к «красным», не говоря уже о «зеленых» и «махновцах»…

Вдруг на первой же остановке очередного государства, вошли три аборигена-гопника. Слово, за слово – «Ты кто по жизни? », «С какого района, шо-то у тебя рожа знакомая? » «А коза с тобой? » «Э, Зулейка, нахрена тебе этот задрот? » «Студент, бабки маешь? »

И тут Любчик, правильно не ответив ни на один поставленный вопрос, вдруг выдал отчаянную пулеметную очередь, сначала по двоим, а когда они оба рухнули, продолжал по инерции трамбовать кулаками воздух.

Третий вовремя успел отскочить назад, и после некоторой паузы недовольно проговорил:

- Ну ты б%я, вообще…

А через остановку - этот третий, за ноги выволок из трамвая своих глубоко-накаутированных товарищей, ведь дальше им ехать было нельзя – впереди вражеская таможня…

…Любчик с чувством пожал мне руку и пообещал, что больше не пропустит ни одной тренировки.

_____________________________________________________

Эх, знали бы вы, какие – это были сладостные секунды…

Первокурсник, надо заметить, не француз, а гражданин США.

В общем, врывается он в деканат и орет:

- Где этот чудак на букву "м", профессор физики Франсуа ... ль.

Убелёный сединами мудрец, оскорбленный в присутствии коллег аж подпрыгнул:

- Это я м... ак? Ты сам му... к! Вон отсюда! !

Тут вмешивается декан. Спрашивает, мол, что за конфликт.

Профессор объясняет, студент за весь год был только на одном, на первом, занятии. А теперь пришел на экзамен и требует оценку "отлично". Ну профессор и поступил должным образом - поставил "неуд" и велел придти на пересдачу.

Декан спрашивает студента, интересно, товарищ, получается. На лекции не ходил, на семинарах не был, да ещё претензии! ?

Студент:

- А что мне было делать? Прихожу я на первое занятие, этот дятел нам говорит, что заниматься будем по учебнику Локера. А учебник этот писал коллектив авторов: Локер, Мастерсон, Лученни и Трауб. Мастерсон - это я.

НЕМАЯ СЦЕНА.

Оказалось, в общем-то всё просто. Парень вундеркинд. В 11 лет закончил школу, в 16 - университет, физмат. Стал в этом университете преподавать, написал учебник. В 20 лет вдруг почувствовал, что физика ему надоела, заинтересовался литературой. Решил обучаться не на родине (где известен в университетских кругах).

Дело в итоге быстренько замяли, поставив студенту "отлично", и уволив своего препода за профнепригодность.

P. S. Имена и фамилии изменены.