Душевные истории #мама

считает мои деньги. Только и слышу: "Зачем тебе кеды? Того, что есть, вполне хватит!" - и ничего, что у меня на лето только уже ремонтированные балетки и босоножки были, а лето холодное в этом году. "Ты телефон новый купила? Старый сломался?" - нет, говорю, не сломался, но очень сильно тормозит и плохо ловит сеть, а мне по работе всегда нужна связь и многие программы, которые древний андроид просто не тянул. Что я слышу - "Ну ты и транжира, вот мы меняем, когда ломаются!" - и пофиг, что им телефоны только позвонить нужны, мама даже смс писать не умеет. Семья не знает, что я позволяю себе иногда ходить на концерты с друзьями, в бары, покупаю книги, иначе бы начали кричать, что я совсем зажралась и слишком много трачу. А с едой вообще прикол. Я им не говорю, что иногда заказываю пиццу или роллы, один раз сказала, так услышала 15-минутную нотацию, что они себе такого не позволяют. В общем, раздражает неимоверно, половину зарплаты отдаю, а чувствую себя, как в детстве, когда ходила в джинсах на три размера больше, купленных "на вырост" экономии ради. И куда они девают всё, что я им отдаю, непонятно. В их деревне втроём только на эти деньги можно безбедно жить месяц, + мамина зарплата, + пенсии бабушки и дедушки. Но я их никогда не спрашивала и не спрошу об этом, а они между тем контролируют каждую копейку, которую я смею тратить на себя. Семья, блин.

детей, я не знаю.

В итоге папа женился на другой женщине, у которой уже было двое детей от первого брака, по иронии судьбы — наши ровесники. Очень обидно было осознавать, что им он уделяет время и отцовское внимание. Одно время я ходила с девочкой в одну музыкалку, и она хвасталась, как папа купил ей дорогую игрушку, свозил на море, как они ходят в парки. Мама пыталась призвать папу к совести, но он отвечал, что платит алименты и больше не хочет иметь с прошлой семьёй ничего общего. Особенно обидно мне было за брата, потому что ему сильно не хватало отца.

Шло время, мы росли, как росла наша обида и непонимание. Когда мне было 21, а брату 18, мама начала встречаться с мужчиной. Он вдовец, его жена и дети погибли в аварии. Он был удивлён отношению родного отца к нам. И он свою отцовскую любовь подарил нам, хоть мы были и взрослые. Это было удивительно, когда он меня, 23-летнюю деваху, повёл в парк, катал на каруселях, накупил вкусняшек, сводил в магазин за самым красивым платьем, а взрослому брату купил радиоуправляемый вертолёт, возил его на рыбалку, учил водить и чинить машину, играл в баскетбол. Мы как-то закрыли гештальт, если так можно сказать.

Спустя несколько лет мы собрались на мамин день рождения всей семьёй, у меня уже был муж и дочка, брат привёл свою невесту, как вдруг домой к маме завалился наш настоящий отец. Я его даже не сразу признала, а вот он начал: "Дети, какие вы уже взрослые, как я по вам скучал!" Мы все охренели.

Оказалось, он развелся со второй женой, дети перестали с ним общаться. И он вспомнил, что у него же есть такой же комплект дочери и сына. Мы молча слушали его пламенную речь об одиночестве, об отцовской любви, которую он готов нам дарить. Когда он закончил говорить, наступила тишина, и в этой тишине отчётливо раздалось: "Пошёл на х[рен]", — от брата. Это был первый раз, когда я слышала мат от него, клянусь! Папаня ушел, несолоно хлебавши, а моя обида, которая всё-таки сидела во мне, несмотря на наличие маминого нового мужа, ушла окончательно.

Я презираю своего родного отца, в какой-то степени даже жалею, что он упустил нас с братом, но общаться с ним не буду, эта дверь закрыта навсегда. А у моих детей есть хороший дедушка, спасибо ему за всё, хоть он и поздно появился в моей жизни, но дал мне возможность почувствовать себя любимой дочкой.

приехала она - единственная родственница, которая через суд добилась права опеки над нами обеими, двоюродная сестра отчима. 20-летняя девчонка, студентка, забрала нас и увезла в город, в котором училась; так мы оказались в Санкт-Петербурге.

Она привезла нас в коммуналку, в которой снимала комнату; соседи присматривали за нами, когда она убегала на учебу и на работу. Каким-то образом устроила меня в хорошую гимназию, сестренку иногда брала с собой на пары и в офис, где на полставки работала секретарем, если дома некому было присматривать за ней. Я не помню даже, чтобы она спала; мы всегда были одеты, обуты, сыты и даже балованы. Она отдала меня на кучу кружков и никогда не пропускала ни моих концертов, ни соревнований, шила нам с сестрой новогодние костюмы, которые всегда были самыми красивыми и яркими.

Я злилась, когда сестрёнка называла ее мамой, мы портили все её отношения с молодыми людьми, а ведь она была красавицей: из-за нас она не давала никому шанса.

Но её жизнь складывалась: она построила отличную карьеру в той организации, в которой начинала секретарём, встретила отличного мужчину, который заменил нам с сестрой отца, обеспечила нас. Я училась в одном из лучших университетов Финляндии, имею перспективную работу; сестра поступила в лучший медицинский вуз России, и мы за всё благодарим её. Я плакала на ее свадьбе и плакала, впервые держа на руках ее сына, а позже и дочь.

Недавно её не стало. Они с мужем разбились на скоростном шоссе, когда гостили у его родственников. И я лечу на Родину, чтобы вернуть свой долг.

приходили, о чем-то с ней говорили, гладили нас сочувственно по голове. Мамина сестра приходила реже, но приносила нам еду, убиралась в доме, купала маму, расчесывала ее.

Однажды пришли добрые тети и заперлись с мамой, как вдруг пришла злая тетя, и чуть ли не пинком выкинула их из дома. Мы хотели кинуться на их защиту, но вдруг наши любимые тети начали проклинать нас, обзывать и желать смерти нашей маме. Мы возненавидели тетю, но она прожила у нас несколько месяцев. Она никогда не нежничала с нами, но дома всегда было чисто, был горячий обед, мама вовремя принимала свои лекарства. Когда были проблемы в школе, тетя пошла и все уладила; когда я сломала руку, тетя на руках со мной добежала до травмпункта.

Позже мама пришла в себя, жизнь снова вошла в колею, и много времени спустя мы узнали, что папины сестры после его смерти пытались убедить мою маму подписать бумаги на отказ от всей недвижимости и активов в их пользу, таким образом, оставив нас нищими без крыш над головой. Тетя умерла в 72 года, так и не изменив своего холодного нрава, но это не мешало нам постоянно говорить, что мы ее любим и нет у нас человека дороже.

то, что она "типа правильная". Я пошла разбираться с мамой той главной отмороженной девки. Ее мать оказалась такой же отмороженной, наш разговор с ней чуть ли не закончился дракой. Пошла в школу к директору и предупредила, что если она не примет меры, то я все возьму в свои руки. На что она мне ответила, что нужно девочек понять, они ведь из неблагополучных семей, в отличие от моей дочки, им тяжело, и моя дочь должна благодарить судьбу, что ей со мной повезло. В общем, я поняла, что ловить там нечего и сходила с дочкой в полицию, затем сняли побои у врача. Инспектор ПДН что-то там поработала, скорее, сделала вид, что работала, потому что ничего не изменилось - в один из дней моя дочь снова пришла побитая. Если б можно было от[метел]ить тех девок, я б так и сделала, но понятно дело, что нельзя бить детей. Тогда я решила записать мою дочку в секцию по боксу.

Спустя пару месяцев меня вызвали в школу, так как моя дочка сломала нос той главной девке, а также расцарапала лицо и вырвала клок волос ее подружке. И этой директорше хватило наглости обвинять меня в том, что я не воспитываю свою дочь, раз она не умеет решать проблемы словами. Я не выдержала, послала ее нах[рен], да так громко, что слышала весь этаж. Потом подошла к тем двум девчонкам, которые ждали в коридоре, и сказала, что если они еще раз подойдут к моей дочери, то я найду самую тяжелую дубину и расквашу им рожи в кровь. Их долбанутые мамаши написали на меня заявление, теперь та же инспектор ПДН, которая мне ни хрена не помогла, ходит ко мне. Перевожу дочь в другую школу.

значит, у них были причины, и я оказалась им не нужна. Своих родителей я очень люблю, считаю даже, что я на них внешне очень похожа: курносая, как мама, и черноглазая, как папа.

Жила я с этой тайной спокойно, приняла её, как данность. Пока однажды мама не пришла заплаканная с какой-то женщиной и не сказала, что это - моя настоящая мать. Эта женщина рассказала, что на последнем курсе техникума забеременела от однокурсника, боялась делать аборт в больнице, пыталась что-то сделать сама, но я оказалась живучая. В итоге дотянула до срока, когда уже ничего нельзя было сделать, уехала к бабкиной сестре в сибирскую деревню и там родила меня, написав отказную, как велели ей родители. Вернулась и жила дальше, как ничего и не было.

А теперь, когда мне уже больше 30 лет, моей биологической матери захотелось разыскать меня. Живёт она плоховато, два раза была замужем, от каждого брака есть дети, но старший сын сидит в тюрьме за воровство, а дочь - непутёвая. Работы толком нет, жилья своего — тоже. Её родители, мои биологические бабушка с дедушкой, живы, но старые, больные, бедные. Вспомнили, что когда-то у них была ещё одна внучка, решили найти меня. Подняли документы, где-то кому-то заплатили, нашли данные моих родителей. Эта женщина приехала к моей маме на работу и сказала, что хочет видеть свою дочь, угрожала, что расскажет всё сама мне. В итоге мама её привела.

Меня нисколько не тронула эта история. Я спросила, что эта женщина от меня хочет. Она говорит: "Хочу, чтобы ты была моей дочкой, помогала мне, оказывала помощь финансовую и материальную". Аж несколько раз повторила! Я честно ответила ей, что она мне - не мать, что она свой выбор сделала много лет назад и теперь пусть расплачивается за это. А мама и папа у меня уже есть. Эта дама потом ещё ходила, грозилась подать в суд и так далее. Но мой муж быстро объяснил ей, куда ей пойти. Мои мама с папой плакали, просили прощения. Я так и не поняла, за что. Они - мои родители, и я люблю их безмерно.