Давно это было... Мне было тогда лет 10…12, а брат на 3 года младше меня. Летом мы частенько гостили у бабушек. Когда было жарко, в деревенском магазине покупали газировку. Мы называли ее “газирка”. А дело было так. Брали у родителей по 22 коп. , покупали две бутылки “Дюшеса”, выпивали их. Сдавали эти бутылки (по 12 коп. ), покупали еще одну бутылку “Дюшеса”, а на сдачу нам давали конфетку-карамельку! Если в кустах найдем пустую бутылку, то нам еще бутылка газирки на двоих, и карамелька на закуску!
Иногда еще покупали маленькие-маленькие упаковки повидла. По объему там едва была столовая ложка не очень сладкого яблочного или сливового повидла. И газировка-то иногда была тоже не очень вкусная... Брат тогда говорил:
— Дерьмо с дерьмом — не дерьмо! “Лимонад” по 27 коп. был намного лучше! А уж Байкал считался роскошью!
“Лимонад” по 27 коп. был намного лучше! А уж Байкал считался роскошью!
15 июля 1902 года шестнадцатилетняя Мэри стояла на платформе в Нью-Йорке, её сердце билось так громко, словно хотело опередить приближающийся свист локомотива. Перед ней был «Поезд сирот» — длинный состав, направлявшийся на запад, к бескрайним просторам середины Америки. Вокруг неё стояли десятки таких же подростков и детей, каждый со
История «сиротских поездов» — одна из самых сложных и противоречивых страниц американской социальной истории. Между 1854 и 1929 годами благотворительные организации, в первую очередь Children’s Aid Society, отправили на запад поезда с детьми, которых считали сиротами, беспризорными, оставшимися без родителей или оказавшимися в крайне тяжелом положении по жизни. За эти годы на поездах было перемещено примерно от 150 000 до 250 000 детей, и сотни локомотивов прошли маршруты от Восточного побережья до фермерских городков Среднего Запада США и даже южных штатов.
Мэри должна была ехать одна. Её трёхмесячной сестре не разрешили ехать с ней — система тех лет рассматривала старших детей и младенцев по-разному. Многие семьи хотели принять младенцев, которых можно вырастить, или подростков, которые могли помочь по хозяйству. Но чтобы взять двух детей разного возраста, правила того времени предписывали отдельные условия, и очень часто братьев и сестёр разделяли.
Мэри не могла смириться с мыслью о расставании. Перед отправлением поезда она тихо и решительно зашла в комнату, где спала её сестрёнка, крепко завернула младенца в своё пальто и спрятала её под тканью. Осознав риск, Мэри знала, что обнаружение означало бы наказание, высадку с поезда и, возможно, гарантированную разлуку навсегда. Но любовь и инстинкт защищать — взяли верх над правилами.
Первые часы пути были как вечность. Младенец не плакал, а Мэри сидела неподвижно, дрожа от напряжения и страха быть разоблачённой. Другие дети вскоре заметили её тайну, но никто не выдал её. В вагонах сирот быстро учились правилам выживания, и молчание часто становилось формой защиты.
На первой остановке в небольшом городке Канзаса на платформу вышли семьи, чтобы выбрать ребёнка. Когда Мэри сошла с поезда, её пальто показалось необычно тяжёлым в летнюю жару. К ней подошла фермерская пара. Они искали помощницу по дому, и Мэри согласилась сразу, слишком быстро, чтобы скрывать тревогу. Когда женщина заметила странно объёмный силуэт под тканью, Мэри солгала, что ей холодно и что она больна — всё, лишь бы прикрыть правду.
И тут раздался детский плач. Женщина потребовала, чтобы Мэри раскрыла пальто. Тем временем из толпы вышел пожилой фермер по имени Томас. Он внимательно наблюдал за происходящим и увидел не проблему, а историю двух сестёр.
— Я возьму их обеих, — сказал он тихо и уверенно. — Девочку и младенца.
Это было больше, чем спасение. Это было признание человечности там, где система часто смотрела на детей как на ресурс или проблему. Томас сам потерял семью и понимал, что значит быть одиноким. Он воспитал обеих, дал им дом и относился к ним с уважением, как к своим дочерям. Он позаботился о младшей — отправил её в школу, где она могла учиться и расти.
Годы шли, и к двадцати четырём годам Мэри стала самостоятельной. Томас передал ей ферму, сказав, что это её дом и её судьба. Она прожила на этой земле 63 года, построив жизнь, наполненную смыслом и памятью о том, как однажды любовь и решимость изменили её путь.
Когда Мэри умерла в 1973 году в возрасте восемьдесят семи лет, её сестра, теперь уже пожилая женщина, принесла ту самую фотографию, на которой Мэри выходит из поезда с пальто, скрывающим её тайну. На похоронах она сказала, что была жива, образована и цельна именно потому, что её сестра однажды нарушила правила ради любви.
История поездов сирот — это не только история перемещённых детей. Это сложная глава в истории социальной помощи, которая дала начало современным подходам к опеке и усыновлению, и одновременно оставила после себя множество вопросов о том, что значит быть ребёнком, семьёй и обществом, ответственным за судьбы самых уязвимых.
Порой любовь требует не просто смелости, а готовности бросить вызов миру, чтобы защитить то, что действительно важно.
Немного об опере.
В начале и середине 70-х в оперных театрах часто ставили оперы типа «Повесть о настоящем человеке», оперу «Мать», балет «Ангара». Но будучи юношей, да и сейчас пожалуй, предпочитал классику.
Произошла эта история 1974 году в славном городе Харькове. Погнали наши восьмые классы смотреть эту самую «Мать» в постановке
Ладно, пришли, сели, свет потушили, началось представление. Ничего интересного не запомнил, даже сама опера никак не запомнилась. Зато очень хорошо запомнилось посещение Опорного пункта ДНД, расположенного рядом с театром. А что я там забыл? Так привели и не одного, а с компанией. За что? Дело было так.
Пока шла опера, мы с пацанами тихонько травили анекдоты и никому не мешали. Потом перерыв и пирожное с лимонадом.
Следующее действие. Потушили свет. Тревожная музыка. Занавес открывается, на сцене сбоку дверь, в середине простой деревянный кухонный стол, табуретка обыкновенная, на ней сидит Павел, одетый в рубаху-косоворотку, сапоги и пиНжак. На столе этакий огромная книга, гроссбух этакий. Павел что-то бормочет и водит пальцем по книге, как еврей по Талмуду, типа науку изучает, самообразованием занимается. Через косяк двери проходят рабоче-крестьяне в штанах и рубахах подвязанных тонким поясом и рабоче-крестьянки в платках и длинных юбках. Становятся полукругом за Павлом, самый главный выступает вперед, кладет руку на плечо Павла и красивым, мощным баритоном:
- Паавеел! (пауза) Маать твоюююю! (пауза) Жаандармыы увели! !
Хор следом:
- Мать твою, мать твою жандармы увели.
Это была та соломинка, которая сломала спину верблюда. Надо же понимать, что смотрят подростки переходного возраста, практически без тормозов. Я первый подал реплику, проблеяв козлинным голосом:
- Маать твоююю.
Тут же нашлись последователи. С разных концов зала слышалось:
- Мать твоююю...
Хохот поднялся страшный. Ржали, по-моему даже учителя. Спектакль остановился. Но вывели меня и ещё несколько, так сказать «добровольных певцов-помощников». Отвели нас в этот самый «Опорный пункт». Сидит там лейтенант доблестной советской милиции. Поставили нас перед ним.
- Так, что произошло?
- А чо мы сделали? Ну подумаешь, только посмеялись. Чо, смеяться уже нельзя.
Слово, за слово, пришлось проиграть эту сцену в лицах. Скажу не хвастаясь, получилось не хуже, чем в театре. Главное, зрители были в восторге. Смех начался с первой реплики и не умолкал до конца нашего небольшого представления. Лейтенант, вытирая слезы, посоветовал поступать в цирковое училище.
Шёл с работы - купил дочке шоколадку. Прихожу домой, а там дочь привязала на задницу хвост (поясок от маминого халата), на руки надела тапочки "тигровые лапы" и на карачках вприскочку носится - она теперь кошка.
Ну, а шоколадка тогда будет мышка. На ниточку её, и тягать.
Поймала кошка мышку, да и спрашивает:
- Папа-котик, а как надо мышку кушать?
- А очень просто. Обдирай с неё шкурку (шур-шур бумажка), откусывай голову (ням), откусывай жопку (ням), откусывай лапки (ням, ням) и доедай пузо (ням-ням-ням). Молодец, кошечка Юлечка.
Прошла неделя.
Приехал в гости дедушка, привёз внучке большого марципанового мыша.
Юлия живо оделась кошкой, мыша этого "поймала", что ж не поймать, если он на столе лежит...
И стала дедушке показывать, как ловко она мышей ест. С комментариями.
- Сначала надо ободрать с мышки шкурку. Потом надо откусить мышке [п]опу. Потом надо откусить мышке лапки. Потом надо съесть мышкино пузо. А потом доесть голову.
Дедушку от такого гуро аж икота пробила.
А добрая внучка его добивает:
- Папа глупый, говорит сначала голову есть. Но ведь тогда мышка НИЧЕГО НЕ УВИДИТ!
Случилось, это когда мне было годика полтора, со слов папы.
Мама училась заочно в институте в Елабуге, ну а меня совсем маленькую оставляла с папой. Жили мы тогда в деревне, а 1983 году телефоны, естественнно, устанавливали только фельдшеру да председателю колхоза. Мы с папой каждую неделю ходили на местный телеграф звонить маме. Ну и в условный час, созвонились, папа с мамой наговориться не могут, я в сторонке.
Настала моя очередь, на вопросы мамочки поотвечала, мама мне и говорит:
- Танюшка, я тебе пальтишко купила...
Ну купила и купила, я довольная и радостная... После переговоров идем с папой домой, и тут он решил уточнить, что мама спрашивала, что говорила... И тут я выдала:
- Мама сказала, что она мне БРАТИШКУ купила. Смутно помню саму историю, но как бежали обратно на телеграф - отлично помню.
Встречаем мы Новый 2006 год составом в несколько молодых семей. Разумеется присутствуют несколько детишек ясельного возраста. Среди них подружкина трехлетняя дочка Дашутка ходит по квартире и глубокомысленно вещает: "Я ИБУСЯМУ!....Я ИБУСЯ МУ....Я ИБУ СЯМУ..." Народ катается думая что все поняли правильно Дашуткины изречения:))) И тут же проявляют гениальные познания в воспитании детей делясь ими с жутко покрасневшей мамой... Я, желая поприкалываться еще, подхожу к Дашеньке и начинаю расспрашивать ее хитро поглядывая в сторону друзей. И тут выяснятся в процессе разговора, что " Я ИБУ СЯМУ, ПАПУ, МАМУ И БАТИКА ШАШУ..." Оказывается таким образом милая девочка всем хотела сказать , что она просто-напросто любит свою семью, маму с папой и братишку Сашу. Я впервые покраснела, вместе с остальными взрослыми умными друзьями. Как говориться, у кого что болит....
В результате опроса родителей выяснилось, что отношение к сказкам у них неоднозначное. Треть респондентов считают подобную литературу токсичной, то есть формирующей у детей неправильные модели поведения. Топ токсичных сказок, по мнению участников опроса:
• «Золушка» — 70% опрошенных,
• «Русалочка» — 51%,
• «Морозко»
Более 40% также у сказок «Волк и семеро козлят», «Гуси-лебеди», «Колобок», «Крошечка-Хаврошечка», «Сказка о золотой рыбке», на которых выросло не одно поколение детей.
Золушка терпеливо сносит издевательства мачехи и сестёр, как и Настенька из «Морозко». Русалочка гибнет от безответной призрачной любви, Белоснежка слишком пассивна, Красная Шапочка доверчива. С точки зрения современного человека, героини сказок действуют неадекватно, с позиции «жертвы».
Казалось бы, мышь — маленький, неприметный зверёк, который часто появляется в сказках, например, в "Репке" или "Курочке Рябе". Но для древних славян она имела глубокий сакральный смысл. Мышь — носительница душ умерших предков, приходящая ночью доедать хлеб. Так наши предки напоминали себе: духам рода нужно отдавать дань — пищей, памятью, уважением. В ответ они оберегают живых. Поэтому крошечный зверёк способен сделать то, чего не в силах добиться могущественные герои, — вытянуть репку, разбить яйцо…
Даже если родители, посоветовавшись с армией специалистов, подберут идеальный список литературы, в детском саду воспитатель всё равно может прочитать "запрещёнку". Да и классическая литература, с которой ребёнку предстоит познакомиться в школе, тоже не очень способствует формированию интеллекта счастья.
Может быть, как раз сказки и помогут нашим детям, когда те повзрослеют и у них начнутся кризисы 35–40 лет, разобраться, что на самом деле в их жизни главное, что второстепенное, а что вообще в молодости не надо было делать.
Сосед у меня - ничего так сосед, но периодически, падла, начинает игры с перфоратором. Т. е. пару месяцев все спокойно, а потом он начинает вдумчиво и методично что-то сверлить. Днем. В выходные. Или вечером, когда так хочется спокойно посмотреть телевизор! В самой паскудной манере: посверлит, потом пять-десять минут тишина, потом снова сверлит, снова
И тут я родила! (Спасибо, не надо оваций! ) Колики, пеленки, диатез, недосып - сосед как-то подзабылся. Но когда ребенке было месяцев пять, у соседушки началось очередное обострение. Сначала сынуля просто орал.
Потому что разбудили. Без энтузиазма. Разбудили - поорал - уснул - разбудили и т. д. Но быстро замечаю неладное: лежит маленький паразит, радостно блестит глазками и явно прислушивается. Включается перфоратор - детеныш с энтузиазмом разевает рот и визжит так, что непроизвольно сама рот разеваю, чтобы барабанные перепонки через ноздри не вылетели.
Перфоратор испуганно глохнет, ребенка тут же затыкается и с довольным видом ждет очередной попытки соперника. Казалось бы, ну сколько может выдержать и выжать существо весом шесть-семь килограмм? Но детский визг на грани ультразвука забивал несчастный механизм как Шаляпин - Укупника!
И сосед сдулся. Нервишки подвели. Одно дело тихо-мирно сверлить мозги всему подъезду, и другое, когда при каждой попытке включить перфоратор из-за стены слышен истошный детский ор. Тут, видимо, возникают подозрения, что что-то не так. И не стоит - в воскресенье. И могут дать в морду.
Короче, уже на следующий день заметила, как сосед из-за занавески караулит, выжидая когда мы идем гулять на улицу. Победила молодость!
Примерно через неделю случайно сталкиваемся у лифта: сосед и я с сынулей в слинге. Сына сладко спит, положив голову мне на грудь. А сосед на глазах раздувается от обиды и - ясно видно - хочет высказаться. Заходим в лифт, нажимаем на двенадцатый этаж, сосед с выражением оскорбленной невинности поворачивается ко мне и прямо вот уже рот разевает, но тут детка открывает глазки, с ужасом видит прямо перед собой чужого дядьку и...
... Вот боинг на взлете - фигня. Реально. Писк комариный. Только понимаешь это, когда есть с чем сравнивать...
Больше перфоратор мы не слышали. И сосед с нами не общается. Он, кажется, левым ухом теперь не слышит, и вроде как глаз у него дергаться стал, но у нас свои проблемы. У нас зубки начали резаться, хе-хе...
Однажды, когда шкет был ещё пусичкой, мы стояли с ним на светофоре. Есть у нас возле станции переход такой, не через проезжую часть даже, а через выезд рейсовых автобусов со стоянки. Так что народ на этот светофор забил, и не заморачивается особо. Самое обидное, что там цикл такой, 50 секунд для пешеходов, и только 15 для авто. И всё равно.
И вот стоим мы, горит красный, прошел мимо автобус, и все кто стояли рядом, дружным стадом, за редким исключением, попёрли.
И шкет спрашивает.
- Папа, а почему они на красный?
А что я скажу? И так мне стыдно стало перед ребёнком за этих взрослых граждан, что я сказал. Негромко, но вполне отчетливо.
- Это бараны, сынок. Есть такая порода, человек-баран. Им можно на любой.
Так я сказал.
Поднял голову и вижу, как человека три, из уже шагнувших за бордюр, вдруг резко сдали назад и встали рядом. И поглядывают так на пацана. Всем своим видом как бы демонстрируя - нет, мы не бараны! Мужик там один, тётка, и девка ещё. Такая, ничего себе, сама на тротуаре, грудь половину проезжей части перегораживает.
Мне конечно неловко стало, а мальчик стоит, рассматривает всех беззастенчиво, рога пытается разглядеть.
И тут девка эта, поймав на себе его взгляд, наклоняется и говорит, смущенно улыбаясь. - Мы не бараны, мальчик. Просто мы очень часто об этом забываем.
- Мы не бараны, мальчик. Просто мы очень часто об этом забываем.
"Подарок Коли Овечкина"
1. Осенние шалости
Сентябрь 1982 года выдался на редкость ярким. Двор дома № 79, который местные называли «Лесенка», утопал в золоте и багрянце. Три семиклассника — Юра, Коля и Володя — шли в школу, лениво перебрасываясь фразами о предстоящей контрольной по математике.
Возле газосварочного аппарата,
— Смотри-ка, — толкнул локтем Юру Коля Овечкин, указывая на серые камешки.
— Ну и? — пожал плечами Володя.
Коля, не раздумывая, высыпал карбид в свой портфель.
— Зачем? — нахмурился Юра.
— Устроим какую-нибудь штуку… — загадочно улыбнулся Коля.
— Ну, это уж без нас, — хором ответили друзья.
2. Огонь в автосмыве
На перемене перед математикой Коля исчез. Юра и Володя не придали этому значения — мало ли куда он мог подеваться. Но когда прозвенел звонок, Овечкин влетел в класс запыхавшийся, с горящими глазами.
— Ты чего? — шепотом спросил Володя.
— Да так… — отмахнулся Коля, но в его ухмылке было что-то зловещее.
Примерно на двадцатой минуте урока в коридоре поднялась суматоха. Антонина Владимировна, строгая учительница математики, вышла посмотреть, в чем дело, и вернулась с бледным лицом.
— В туалете что-то горит, — сказала она. — Дежурные тушат…
В классе зашептались. В те годы школьники, начиная с четвёртого класса, дежурили по школе: следили за порядком, убирали мусор и проверяли сменку. Видимо, сегодня им досталось больше, чем обычно.
3. Последствия
После урока весь 7-й «А» рванул смотреть на «пожар». Картина была впечатляющей: два дежурных — парень и девушка — в панике бегали вокруг унитаза, из которого вырывалось пламя. Керамика треснула, верхняя часть была полностью разрушена.
— Ну и дела… — прошептал Юра.
Володя только молча покачал головой. А Коли и след простыл.
4. Разбор полетов
Разумеется, виновника нашли быстро. Коля Овечкин, сын директора завода, был не самым скромным учеником, и его «опыты» знала вся школа.
Что было дома — история умалчивает. Но вскоре в школьном туалете появился новый унитаз, а сантехники, присланные с завода, установили его за рекордные сроки.
Эпилог. Два года спустя
9-й «А» дежурил по школе. Валентина Павловна Чацкая, их классная руководительница, строго инструктировала ребят:
— Напоминаю, стены должны быть чистыми, в том числе и в туалетах. Никаких рисунков с сердечками и надписей вроде: «Унитаз Коли Овечкина — подарок родной школе»!
Класс рассмеялся. Даже сама Валентина Павловна не смогла сдержать улыбки.
А Коля, краснея, сгорбился за партой, но в глазах у него блеснул огонёк — может, не последний…
Когда я была маленькой, у нас на первом этаже жил мужчина лет пятидесяти. Он казался нам странным, потому что всегда носил костюмы и темные очки, и у него не было ни жены, ни детей. Мы его дразнили Фантомасом, звонили в дверь и убегали и т. п. Потом от старшего по дому я узнала, что этот дядька всю жизнь был разведчиком. Мне стало так его жалко, что я отнесла и подарила ему самое дорогое, что у меня на тот момент было, — своего кота. Так и сказала: «Возьмите котика, чтобы вам не было одиноко».
Сыну 9 лет, дочке - 4 года. Сын стабильно получает карманные деньги, пусть небольшие, но зато его. Плюс был остаток с подаренных денег ему на день рождения. Месяц назад он накопил 5000 и попросил свозить его в ТЦ.
Собрались, поехали. Ходим по ТЦ. Вопрос сына: Я могу купить все, что захочу? . Отвечаю, что он может купить все, что хочет, в пределах этой суммы.
Покупки ребенка: 4 мороженки, вкусняшки для кота и кролика, большая разделочная доска для меня (старая треснула, и я на днях говорил, что нужно купить новую), картину для раскрашивания по номерам для мамы, большую куклу для сестры и себе - большой набор лего. Я понимаю, что ценник уже перевалил за 5к. Молчу, думаю: по факту добавлю. Подходим к кассе, и продавец называет сумму 6800...
Сын, не долго думая, убирает свой набор лего и спрашивает: А так? 4800. Наблюдаю за его реакцией, жду, когда попросит добавить денег, но нет. Ни одной слезинки в глазах. Покупает и идет к нашим девчонкам вручать подарки. Я покупаю ему этот набор, убираю в черный пакет и иду к ним.
Спрашиваю сына: Ты мог купить куклу поменьше и дешевле, не покупать нам с мамой и взять себе набор. На что он ответил: Я себе еще накоплю, а сестренка маленькая, и она очень долго смотрела на эту куклу!
Друг недавно рассказал мне одну занятную историю, делюсь:
У нашего с ним общего знакомого Сергея есть сын Миша, 7 лет отроду.
Миша в некотором плане уникальный ребенок. Дело в том, что так как оба его родителя относятся в старой столичной интеллигенции, в их семье принята железобетонная презумпция невиновности, если нет
И Миша пользуется этом по самой полной программе.
Например, Мише нельзя много сладкого из за проблем с весом. А очень хочется.
Но тут приехал в гости дядя Валера, который остался в гостях на пару дней, активно пил и часто ел по ночам.
Как итог - Мише стало нехорошо от объедания торгом. Но! Доказать что торт съел именно он было невозможно, ибо тем же тортом сильно нетрезвый дядя Валера ночью закусывал водочку. И на "очной ставке" дать слово офицера о том, сколько именно торта он съел вечером и ночью - не смог. Миша был оправдан, как и во множестве других крайне подозрительных фактов. Сергей, будучи опытным отцом троих детей, много раз с ним говорил, но Миша занимает четкую позицию "меня регулярно подставляют, и ничего пожелать не могу".
Если говорить по честноку - будь Миша на 10 с хвостиком лет старше и попади в передрягу- судья бы наверняка услал его на вольные Мордовские хлеба. Ибо слишком много совпадений. Но - как известно, у нас на зонах немало людей, сидящих именно из за этих самых совпадений множества факторов, а не потому, что они реально виноваты.
Почему я вспомнил эту историю - на днях друг звонит и говорит, смеясь, что наш великий конспиратор прокололся.
Мише очень хотелось купить мопед, при том что родители по понятным причинам были против. Итогом трехмесячной подготовки стал целый букет "преступлений" - у родителей стало как то меньше денег в заначке, а у дачного друга вдруг появился мопед, на котором он тайно катал Мишу. Залезая в заначку Миша знал, что деньги в ней считают "приблизительно", а так же регулярно берут и добавляют, причем это делают все взрослые члены семьи.
Наш гений просчитался только в одном - наши юные друзья в одну из своих тайных поездок попались гаишникам, причем была гонка с преследованием. Ну а при допросе в присутствии родителей приятель сознался, что мопед вообще не его а Мишин, он только помог купить и хранит его что бы "предки не отобрали".
Итогом этой истории было историческое семейное решение об отмене презумпции невиновности в применении к отдельному члену семьи по совокупности обличающих фактов, а так же эффективное физическое воздействие предметом мужского модного гардероба ( в просторечии "ремень") на Мишин зад.
Услышав эту историю я почему то вспомнил некоторых наших политиков, которые крайне удивляются, когда суровые дяди приходят к ним в кабинет и увозят в "Лефортово". Все же было так прекрасно, да и прямых доказательств нет! Но, как известно, всему в этой жизни бывает предел.
Но, как известно, всему в этой жизни бывает предел.
Рядом с моим домом стоит один из отделов ада, "Красное и Белое". В один из дней чилю на балконе и вижу типичных гопников лет двадцати, ныне вроде их оффниками называют, можете поправить, если ошибся. Стоят с торца соседнего дома, в двух шагах от КБ, КБ на углу дома находится, и ждут "спонсоров". Клёва видимо не было, судя по грустным лицам или место не совсем удачное для их "рыбалки".
Из подъезда того же дома выходит батюшка и идёт в сторону стоянки к своей машине, вижу что он заметил оффников и видимо решил их наставить на путь истинный, как я думал, и пошел к ним. Я, предвкушая представление, сел ближе к окну, думал сейчас отче познакомится с современным отношением к религии от молодой паствы. Батюшка подошел к ним и выдал: "Даю вам, пе[тух]ам малолетним, 10 секунд, чтоб исчезнуть и никогда здесь не появляться, или сделаю дебилами, Бог простит, потому как благое дело". В качестве того, что он настроен серьезно, вшатывает одним движением ближайшего к себе, я даже не смог разглядеть это движение, последний падает столбом оземь. "Молодежь", осознав, что святой отец не шутит, подхватили бессознательное тело своего кореша и свалили в сторону оврага. Батюшка проводил их взглядом, после чего сел в свою машину и уехал. Целительное святое слово в действии!
Целительное святое слово в действии!
разговор с дочкой 7лет. она все время просит родить ей братика или сестренку. и тут вдруг интересуется, как собственно получаются дети? пытаюсь быть краткой и говорю, что когда муж с женой любят друг друга и хотят "завести" ребеночка, то он и рождается... на что дочь жалобно так спрашивает: "мама, а ты не могла бы еще раз полюбить папу?"
