Анекдоты о кино

Ну, я бы тоже постоянно твердил: "Спокойствие и только спокойствие! ", имея пропеллер на спине. И возможность в любую секунду улететь куда подальше.

Вчера ночью с удовольствием посмотрел фильм "Большой босс" с Брюсом Ли. Там было всё: драки, кровь, топор в голове, курение, пьянство, голая женская грудь.

И всё это не замазанное! И что самое главное - не было рекламы! Потому что фильм шёл по телеканалу "Культура".

Ещё раз: большое человеческое спасибо, телеканал!

- Холмс, а что такое риторический вопрос?

- Элементарно Ватсон, например, в новостях показывают террориста, который сильно побит, рожа в зелёнке, глаза синевой заплыли, еле двигается, что даже наручники не надели, а тут корреспондент с вопросом: почему вы решили дать честные показания? Вот это и есть риторический вопрос!

Не понимаю, что люди находят в кино? Там же сплошной ceкс и насилие, насилие и ceкс. Но этого и так полно в жизни, кроме ceкса, конечно.

Во время воздушной тревоги Штирлиц снова пробрался в кабинет Шелленберга. Он никогда не упускал возможности позвонить в Москву нахаляву.

Закончив очередной сеанс связи Штирлиц попрыгал босыми ногами по панели рации.

- Пусть теперь люди Мюллера поищут человека с такими отпечатками пальцев! - злорадно подумал советский разведчик...

Кинозвезда - это актер, который может позволить себе такую роскошь, как не сниматься в кинодерьме. Поэтому кинозвезд у нас нет.

- Штирлиц, правда ли, что Кэт дала вам показания? - спросил Мюллер.

- Показала, но не дала, - сухо ответил Штирлиц.

Разговаривает дед с внуком:

- Эх, какие раньше были кабачки.

- Какие, дед?

- ”Тринадцать стульев”.

Если у вас бессонница, просто переключите телевизор на ток-шоу на каком-нибудь женском канале и считайте овец, которые туда звонят.

- Василий Иванович, Анка - провокатор!

- Не может быть, Петька, с чего ты взял

?

- Иду я мимо бани, а оттуда Анка высовывается и рукой машет.

Влетаю я в баню раздетый, а у них там партийное собрание...

Очнулся Штирлиц в тюремной камере и рассуждает:

- Если зайдёт солдат в немецкой форме, скажу, что моя фамилия Штирлиц, если в советской - Исаев.

Тут заходит милиционер и говорит:

- Как же Вам не стыдно, Вячеслав Васильевич? Так нажрались, а ещё народный артист!

Анна:

- Павел, тебе, наверное, без меня не спится?

Бестужев:

- Анна, ну почему же? Спиться я могу и один!

В дверь постучали раз, да еще раз, да еще много-много-много-много раз.

- Высоцкий, - подумал Штирлиц.

- Василь Иваныч, а скажи – вот в армию берут всех, кто прошел медкомиссию, а в Народный фронт кого будут брать?

- ну, Петька, ясен пень – всех, кто откосил и откупился от медкомиссии - больных, пи[тух]ов и детей чиновников…